Такая позиция прозвучала в среду, 14 октября на заседании комиссии Сейма по государственному управлению и самоуправлениям.
Комиссия рассматривала четыре коллективных обращения: об открытости зарплат в госуправлении, запрете должностным лицам занимать несколько оплачиваемых постов в публичных учреждениях, приостановке госфинансирования партий, члены которых действуют вопреки Конституции, и ответственности государственных должностных лиц перед обществом.
Представитель юридического бюро Сейма Эдвинс Дановскис пояснил, что большинство предложенных мер уже предусмотрено другими нормативными актами. Кроме того, за несколько лет, прошедших с начала сбора подписей, законодательство изменилось, частично решив поднятые вопросы.
Инициативу об открытости зарплат внесло общество Sabiedrība par atklātību Delna. Оно предлагает установить порядок полного раскрытия вознаграждения всех работников государственных и муниципальных учреждений.
По словам Дановскиса, похожие предложения уже обсуждались в Сейме, но были признаны несоразмерными. Кроме того, он напомнил, что декларации государственных должностных лиц доступны публично.
Директор Государственной инспекции данных Екатерина Мацука также выступила против «непроверенной и массовой публикации» зарплат в интернете. По ее словам, ограничение прав допустимо, если оно необходимо для достижения конкретной цели и соразмерно затрагиваемым правам, однако сейчас обосновать такую меру невозможно. Она добавила, что учреждения публикуют данные об использовании бюджета и уровнях зарплат по группам должностей. Схожую позицию выразила представитель Бюро по предотвращению и борьбе с коррупцией.
Представитель СГБ указал на риски для частной жизни и государственной безопасности. По его словам, госслужащие являются целевой группой иностранных разведок, а свободный доступ к данным может повысить их уязвимость для вербовки, давления и запугивания.
Он подчеркнул, что с момента появления инициативы геополитическая ситуация существенно изменилась, поэтому сейчас СГБ не может ее поддержать.
Коллективные заявления поступили в Сейм после того, как каждое из них получило поддержку не менее 10 000 жителей Латвии.