Мне было 6 лет когда один из первых пришёл в этот только открывшийся детский сад.Сейчас мне 81 год. Но я помню, как в голодные послевоенные годы я попал в райские условия для детей,пахло краской,огромное колличество игрушек,(по тем временам)вкусная пища с тремя блюдами,которую готовила всеми любимая повар.Масса друзей,походы на речку. Во дворе стоял разбитый фронтовой грузовик полуторка, который был нашей игрушкой. Самое главное- чуткие сотрудники,которые относились к нам как к собственным детям.Заведующей была Кучинская Мария с которой мы сажали деревья.Она была ещё жива и при при встрече,отвела меня показать то дерево, которое мы с ней посадили. Это была такая зелёная память! Берёза до сих пор стоит,огромная и крассивая.Фронтовики сделали огромные качели.Очень радовались новой песочнице,где мы в ней строили мосты,города. Кто то из старших ребят строил нам образцы замков и выходя на улицу мы были в восторге от увиденного.
Мне было 6 лет когда один из первых пришёл в этот только открывшийся детский сад.Сейчас мне 81 год. Но я помню, как в голодные послевоенные годы я попал в райские условия для детей,пахло краской,огромное колличество игрушек,(по тем временам)вкусная пища с тремя блюдами,которую готовила всеми любимая повар.Масса друзей,походы на речку. Во дворе стоял разбитый фронтовой грузовик полуторка, который был нашей игрушкой. Самое главное- чуткие сотрудники,которые относились к нам как к собственным детям.Заведующей была Кучинская Мария с которой мы сажали деревья.Она была ещё жива и при при встрече,отвела меня показать то дерево, которое мы с ней посадили. Это была такая зелёная память! Берёза до сих пор стоит,огромная и крассивая.Фронтовики сделали огромные качели.Очень радовались новой песочнице,где мы в ней строили мосты,города. Кто то из старших ребят строил нам образцы замков и выходя на улицу мы были в восторге от увиденного.