Теперь еще одну напасть собираются решать за счет "дяди". Треть населения страны - обжоры. Их вес минимум на 50% превышает нормальный. Толстяки весом от 150 до 300 кг ходят по улицам толпами. Они не влезают в нормальные двери, кресла и больничные койки. Они болеют во много раз чаще, чем нормальные люди. Лечить их практически невозможно, очень дорого и бесполезно. И кто за это в ответе, как вы думаете? Сами обжоры? Нет. Пищевая промышленность!
Правозащитные организации всерьез обсуждают вопрос, как привлечь к суду фирмы, выпускающие высококалорийную пищу. Ни у кого и в мыслях нет сказать:"Жрите поменьше". Нельзя, обжоры обидятся.
Страна катастрофически быстро катится в пропасть полной безответственности людей и за свои действия, и за свою жизнь. Это теперь прерогатива правительства, общественности и суда. Профессор боится задать вопрос черному студенту, так как за двойкой может последовать обвинение в расизме, скандал, суд и расправа. Где прежняя свобода слова? Публично признавать за черными все мыслимые добродетели и таланты можно свободно. Поносить белых, китайцев, русских, евреев - пожалуйста.
Но вот вам моя любимая логическая задачка, повергающая в столбняк всех моих либеральных знакомых. Сказать, что черным спортсменам нет равных в боксе или легкой атлетике среди других рас, - это расизм или нет? "Нет, - бодро говорит либерал. - Это правда". Ну а сказать, что среди черных нет ни одного шахматиста или минимально заметного ученого, инженера или дирижера, - это расизм? И глупый либерал тут же орет: "Расизм!" Умный либерал (такие хоть и редко, но встречаются), понимая, что попал в ловушку, оторопело молчит, подавленный собственным либерализмом.
А вот вам еще один пример существования в Америке полной свободы. Мой друг, профессор английской литературы, получил инфаркт после 6-месячного разбирательства жалобы ополоумевшей студентки-феминистки, усмотревшей в его комментариях к Шекспиру "сексизм". Что это такое - никто в Америке толком не знает, но, как и в любом идеологическом случае, важно не знание, а правильная реакция. И все знают, что сексизм - это плохо. Так же плохо, как признание за женщиной некоторых отличий от мужчины. Профессор вот уже 25 лет преподает свой предмет, он автор нескольких хороших книг и множества статей. Но накинулись на него всякие комиссии и активисты. Точно, как в СССР, его стали "разбирать". Ректор с удовольствием послал бы взбесившуюся идиотку к черту и выгнал бы ее из университета. Но в этом случае суд присудил бы его к уплате крупного штрафа (в лучшем случае штраф платил бы университет), а с постом ректора и преподавательской карьерой он бы расстался навсегда.
Стало неприлично, а в социальном плане и опасно говорить, что шлюха - это шлюха, а не sex-worker, что наркоман и алкоголик отвратительны, опасны и сами виноваты в своих поступках. Попробуй скажи про гомосека что-нибудь кроме того, что он человек "нетрадиционной сексуальной ориентации". Нет более понятия о приличиях и о нецензурных выражениях, о пристойном поведении и внешнем виде. Все можно, нельзя только открыто осуждать все это. Нельзя притеснять "меньшую братию". Это она может притеснять всех. Я не утверждаю, что каждый представитель нижнего социального слоя подобен зощенковскому монтеру. Беда не в том, что его пустили в университет. Беда в том, что он, обучаемый там либеральными гуманитариями, а также в большинстве своем глупыми, малообразованными и развратными кинозвездами с экранов кино и телевидения и такими же журналистами, остается монтером и получив диплом. Он хорошо понимает, что он герой, что ему это выгодно, что и учиться-то толком не надо. Он теперь на политике себе карьеру сделает.
Ну а с настоящим монтером и того хуже. Спрос на него сегодня такой, что он уже не боится потерять работу, не дорожит своей репутацией. Людей, владеющих домами, автомобилями, моторными судами и тому подобной техникой, требующей постоянного обслуживания и ремонта, стало столько, что честных и знающих специалистов в этой области хронически не хватает, да и они уже давно предпочитают легкую жизнь, несовместимую с высоким профессионализмом. Работой теперь дорожат только высококвалифицированные специалисты: инженеры, ученые, программисты с дипломами докторов и магистров.
И еще одна запретная для открытого обсуждения в Америке тема - расовая. Я уже упомянул о том, что население страны увеличилось за 20 лет на 60 миллионов человек. Минимум 15 миллионов из них - неграмотные мексиканцы, пуэрториканцы и представители прочих народов Латинской Америки и Африки, столько же чернокожих американцев. Эти люди не принадлежат к европейской культуре (читай: американской), не смешиваются с белым населением нигде, кроме работы, где эта смесь чисто механическая. Они не понимают, что богатая и мощная страна, дающая им такие условия жизни, какие не снятся никому в странах их собственной цивилизации, была создана выходцами из Западной Европы. Что основана она на европейских морально-культурных ценностях, на западноевропейском, уникальном и неповторимом человеческом материале. Ведь очевидно уже сейчас, что если не продолжать эту западноевропейскую и американскую традицию, то страна быстро скатится до состояния заурядного государства, в котором по той же причине уже пребывают когда-то великие европейские страны. В Америке и до 80-х годов таких людей было немало, но количество переходит в качество. Концентрация носителей старой культуры и традиций стала угрожающе низкой.
Теперь еще одну напасть собираются решать за счет "дяди". Треть населения страны - обжоры. Их вес минимум на 50% превышает нормальный. Толстяки весом от 150 до 300 кг ходят по улицам толпами. Они не влезают в нормальные двери, кресла и больничные койки. Они болеют во много раз чаще, чем нормальные люди. Лечить их практически невозможно, очень дорого и бесполезно. И кто за это в ответе, как вы думаете? Сами обжоры? Нет. Пищевая промышленность!
Правозащитные организации всерьез обсуждают вопрос, как привлечь к суду фирмы, выпускающие высококалорийную пищу. Ни у кого и в мыслях нет сказать:"Жрите поменьше". Нельзя, обжоры обидятся.
Страна катастрофически быстро катится в пропасть полной безответственности людей и за свои действия, и за свою жизнь. Это теперь прерогатива правительства, общественности и суда. Профессор боится задать вопрос черному студенту, так как за двойкой может последовать обвинение в расизме, скандал, суд и расправа. Где прежняя свобода слова? Публично признавать за черными все мыслимые добродетели и таланты можно свободно. Поносить белых, китайцев, русских, евреев - пожалуйста.
Но вот вам моя любимая логическая задачка, повергающая в столбняк всех моих либеральных знакомых. Сказать, что черным спортсменам нет равных в боксе или легкой атлетике среди других рас, - это расизм или нет? "Нет, - бодро говорит либерал. - Это правда". Ну а сказать, что среди черных нет ни одного шахматиста или минимально заметного ученого, инженера или дирижера, - это расизм? И глупый либерал тут же орет: "Расизм!" Умный либерал (такие хоть и редко, но встречаются), понимая, что попал в ловушку, оторопело молчит, подавленный собственным либерализмом.
А вот вам еще один пример существования в Америке полной свободы. Мой друг, профессор английской литературы, получил инфаркт после 6-месячного разбирательства жалобы ополоумевшей студентки-феминистки, усмотревшей в его комментариях к Шекспиру "сексизм". Что это такое - никто в Америке толком не знает, но, как и в любом идеологическом случае, важно не знание, а правильная реакция. И все знают, что сексизм - это плохо. Так же плохо, как признание за женщиной некоторых отличий от мужчины. Профессор вот уже 25 лет преподает свой предмет, он автор нескольких хороших книг и множества статей. Но накинулись на него всякие комиссии и активисты. Точно, как в СССР, его стали "разбирать". Ректор с удовольствием послал бы взбесившуюся идиотку к черту и выгнал бы ее из университета. Но в этом случае суд присудил бы его к уплате крупного штрафа (в лучшем случае штраф платил бы университет), а с постом ректора и преподавательской карьерой он бы расстался навсегда.
Стало неприлично, а в социальном плане и опасно говорить, что шлюха - это шлюха, а не sex-worker, что наркоман и алкоголик отвратительны, опасны и сами виноваты в своих поступках. Попробуй скажи про гомосека что-нибудь кроме того, что он человек "нетрадиционной сексуальной ориентации". Нет более понятия о приличиях и о нецензурных выражениях, о пристойном поведении и внешнем виде. Все можно, нельзя только открыто осуждать все это. Нельзя притеснять "меньшую братию". Это она может притеснять всех. Я не утверждаю, что каждый представитель нижнего социального слоя подобен зощенковскому монтеру. Беда не в том, что его пустили в университет. Беда в том, что он, обучаемый там либеральными гуманитариями, а также в большинстве своем глупыми, малообразованными и развратными кинозвездами с экранов кино и телевидения и такими же журналистами, остается монтером и получив диплом. Он хорошо понимает, что он герой, что ему это выгодно, что и учиться-то толком не надо. Он теперь на политике себе карьеру сделает.
Ну а с настоящим монтером и того хуже. Спрос на него сегодня такой, что он уже не боится потерять работу, не дорожит своей репутацией. Людей, владеющих домами, автомобилями, моторными судами и тому подобной техникой, требующей постоянного обслуживания и ремонта, стало столько, что честных и знающих специалистов в этой области хронически не хватает, да и они уже давно предпочитают легкую жизнь, несовместимую с высоким профессионализмом. Работой теперь дорожат только высококвалифицированные специалисты: инженеры, ученые, программисты с дипломами докторов и магистров.
И еще одна запретная для открытого обсуждения в Америке тема - расовая. Я уже упомянул о том, что население страны увеличилось за 20 лет на 60 миллионов человек. Минимум 15 миллионов из них - неграмотные мексиканцы, пуэрториканцы и представители прочих народов Латинской Америки и Африки, столько же чернокожих американцев. Эти люди не принадлежат к европейской культуре (читай: американской), не смешиваются с белым населением нигде, кроме работы, где эта смесь чисто механическая. Они не понимают, что богатая и мощная страна, дающая им такие условия жизни, какие не снятся никому в странах их собственной цивилизации, была создана выходцами из Западной Европы. Что основана она на европейских морально-культурных ценностях, на западноевропейском, уникальном и неповторимом человеческом материале. Ведь очевидно уже сейчас, что если не продолжать эту западноевропейскую и американскую традицию, то страна быстро скатится до состояния заурядного государства, в котором по той же причине уже пребывают когда-то великие европейские страны. В Америке и до 80-х годов таких людей было немало, но количество переходит в качество. Концентрация носителей старой культуры и традиций стала угрожающе низкой.