Ко Дню памяти жертв холокоста 9

Памяти спасителей и спасенных Известный педагог и директор директор музея «Евреи в Даугавпилсе и Латгалии» Иосиф Рочко продолжает собирать материалы об истории холокоста в Латгалии, добиваясь присвоения звания «Праведник мира» латвийцам, спасавшим евреев в годы войны

В этом году 27 января весь мир в десятый раз отмечет Международный день памяти жертв холокоста. В Латвии такой день памяти отмечают дважды в год – еще и 4 июля. Именно 4 июля 1941 года в Латвии начались массовые еврейские погромы, было сожжено 20 синагог, некоторые из них – вместе с людьми.

Всего в Латвии погибло около 70 тысяч латвийских евреев и 20 тысяч евреев, привезенных из других стран. Только в Даугавпилсе за 4 года войны было уничтожено 14 000 евреев. Вдумайтесь! 6 миллионов человек расстреляли, замучили в концлагерях и заживо сожгли только за то, что они были евреями...

В Латвии практически не осталось в живых ни самих спасенных, ни их спасителей. Но живы их внуки и правнуки. А потому память о подвиге бесстрашных людей, рисковавших своей жизнью и жизнью своих близких, чтобы спасти евреев, продолжает жить.

О трагических страницах истории Латвии и Латгалии 75-летней давности мы знаем во многом благодаря таким бескорыстным и неутомимым исследователям, как наш даугавпилчанин  Иосиф Рочко. Его отец, Гершон Рочко, прошел мученический путь от ворот Даугавпилсского гетто до Штуттгофа. Более 20 его родственников по отцовской линии погибли здесь же, в Даугавпилсском гетто. Возможно, поэтому – хоть и старается Рочко, как все историки, быть бесстрастным собирателем и хранителем событий прошлого – его рассказы никого не оставляют равнодушными.

Почти детективная история

«Лет семь-восемь назад в одном из еврейских журналов, – вспоминает Иосиф Григорьевич, – я прочитал, что в Москве есть Союз ветеранов-евреев, который возглавляет мой однофамилец Рочко. Но сколько я ни искал, не мог узнать, кто он. Когда в Даугавпилс приехали два московских историка, я обратился к ним за помощью – мол, ищу в Москве такого-то человека. В ответ услышал: «Да, мы его знаем. Найдем, нет проблем». Очень скоро москвичи прислали мне адрес и номер телефона. Я позвонил, представился: «Я – Рочко из Даугавпилса». «Как из Даугавпилса? Мои корни тоже из Даугавпилса!». В разговоре выяснилось, что жившая до войны Даугавпилсе семья Рочко разделилась на несколько ветвей. Одни уехали в Москву и стали приличными людьми, среди них есть писатели, художники. Другие – остались в Даугавпилсе. В годы войны связь между семьями была потеряна. Виталий Наумович прислал мне свою книжку, в которой был рассказ о спасении некого Цимерманиса, который тогда жил в Риге. Я позвонил: «Моя фамилия Рочко. Я из Даугавпилса». И слышу: «Не может быть!» Выяснилось, что мы – дальние родственники.

Цимерманис считал, что все Рочко, которые остались в Даугавпилсе, во время Второй мировой войны погибли, поэтому никого не искал. Лазарса-Харийса Цимерманиса – доктора технических наук, профессора, автора монографий, 232 научных работ, 163 изобретений – в годы войны спасла латышка Мальвина Фрицевна Муйжниеце, фактически ставшая матерью для еврейского мальчика. В семье Цимерманисов всегда хранили память о спасительнице, в ее честь Лазарс назвал свою дочь Мальвиной. Лазарс всегда уходил от ответа, кем он себя больше ощущает – латышом или евреем. Латышский язык он знал лучше, чем русский. Сам я всегда буду помнить эту историю и считаю, что Мальвина Муйжниеце достойна звания Праведника мира».

Далее мы публикуем историю, рассказанную и записанную Иосифом Григорьевичем Рочко.

Латышка, ставшая матерью еврейскому ребенку

Лазарс родился в Риге, в еврейской семье двичан Бориса Цимерманиса и Раисы Бакшт, урожденной Марии Рочко. Однако брак оказался не слишком счастливым, и молодые вскоре разошлись. Мальчик остался жить с отцом. Отец был деловым человеком, вместе с братом они были совладельцами фабрики, поэтому воспитанием ребенка занималась его няня Мальвина Фрицевна, фактически ставшая для мальчика матерью.

За неделю до начала Второй мировой войны состоятельная еврейская семья Цимерманисов была выслана в Сибирь. По счастливой случайности няни и четырехлетнего Лазара не было дома, поэтому их не тронули. Мальвина с воспитанником переехала в Лимбажский район, где жила ее двоюродная сестра. В латышской семье малыша стали звать Харийсом. Вскоре кто-то из соседей «стукнул», и немецкие оккупационные власти заинтересовались светловолосым кукольно красивым латышским мальчиком Харийсом с черными глазками.

Мальвину Фрицевну вызывали на допрос. Несмотря на побои она держалась твердо и постоянно повторяла, что ребенок – ее родной сын. Однажды немецкий офицер посоветовал Мальвине подать заявление в суд, и тогда от нее отстанут. Сейчас очень трудно проверить, состоялся суд или рассмотрение дела было отложено. Мальвину Фрицевну хотели расстрелять за укрывательство еврейского ребенка, а мальчика – отправить в лагерь смерти. Женщина умоляла расстрелять их вместе, а не отправлять ребенка на муки. И их уже повезли было... Да пожалел немец малыша, телегу повернули.

Спасительница пролежала много часов без памяти, а очнулась с совершенно седыми волосами. Чтобы выжить, Мальвина с ребенком перебралась на другой хутор, где ей пришлось батрачить. Женщина серьезно заболела, нужна была операция, и Мальвина с Харийсом приехала в Ригу. Жили у ее двоюродных сестер, которые понимали, чей это ребенок. После перенесенной операции Мальвина чувствовала себя слабой, но решила уехать к своей матери и сестре Марте в Валгунду – оставаться в большом городе было опасно.

Несмотря на смертельную опасность и болезни Мальвина Фрицевна находила время, чтобы заниматься с ребенком. Так, латышский язык стал для Лазарса-Харийса родным. Осенью 1944 года, когда линия фронта проходила возле Елгавы, а район несколько раз переходил из рук в руки, всей семьей прятались от бомбежек в бункере. В этом же бункере скрывался и муж сестры Мальвины, дезертировавший из немецкой армии. Маленький еврейский мальчик и легионер – в одном бункере! Просто каждый из них хотел жить. Позже сестра Мальвины с мужем оставили бункер и ушли в лес, где надеялись спастись. А вот саму спасительницу и мальчика, как и других жителей, нацисты решили защитить от наступающей Красной армии, вывезя их в Германию. Последний день нацистской оккупации запомнился Харийсу тем, что сердобольный немецкий офицер подарил мальчику коня. На следующий день в Дундагу, где держали заключенных, вошла Красная Армия. Так, подвергая опасности себя, своих сестер и мать, простая латышская женщина Мальвина Фрицевна Муйжниеце спасла еврейского мальчика.

После войны Лазарс-Харийс окончил школу с золотой медалью. Его отец, вернувшийся из ссылки, женился на Мальвине. Будучи из семьи репрессированных, юноша не мог учиться в Риге, поэтому уехал в Москву. В родную Ригу талантливый ученый Лазарс-Харийс Цимерманис вернулся только в 1979 году. Через три года после его возвращения Мальвины Фрицевны не стало. О спасительнице Лазарса-Харийса известно очень немногое. До войны она окончила курсы медсестер, после чего работала хирургической сестрой в клинике доктора Гауха, принимала роды Лазарса. По просьбе его отца помогала семье Цимерманиса да так и осталась в ней жить.

Немало испытаний выпало на долю еврейского мальчика – развал семьи, депортация, война, холокост, мытарства послевоенных лет. Он выжил только благодаря мужеству Мальвины Фрицевны Муйжниеце, которая по праву заслуживает высокого звания Праведника народов мира и памяти не только тех, кого она спасла.

Послесловие

Завтра, 22 января, Иосиф Григорьевич Рочко уезжает в Резекне, где состоится торжественное открытие отреставрированной «Зеленой синагоги» – одного из немногих культовых иудейских зданий в Балтии и памятников деревянного зодчества, переживших Вторую мировую войну. Из действовавших до войны в Резекне девяти синагог эта – единственная, которая вообще уцелела.

Ведь главное, ради чего стоит жить, заключается в том, чтобы «Спасать, а не уничтожать».

23.01.2016 , 08:00

Наталия Салагубова , Gorod.lv


Написать комментарий

ПОСКОЛЬКУ У МАЛЬВИНЫ ФАМИЛИЯ ЛАТЫШСКАЯ,А НЕ ЕВРЕЙСКАЯ, ТО МЕСТА НА ПАМЯТНИКЕ У НЕЁ НЕ НАШЛОСЬ !!! :(((

Какая трудная судьба

До Ливонской войны среденевековые хронисты нызывали Ливонию земным Раем,землей меда с молоком.Потом на этой земле появились татары,поляки,евреи со своей нескончаемой боль и меда с молоком не стало.Лишь вековой стон о тяжкой доле.

татары,поляки,евреи Кантор местной синагоги

Это и есть Речь Посполитая.

Какая трудная судьба тран иван "@mail.ru

my-shop.ru/shop/books/1520908.html,
bookmix.ru/book.phtml?id=2161959 ,
www.aen.ru/index.php?article_id=18081&pa… ,
www.ozon.ru/context/detail/id/19087928/

Благодаря Давиду Зилъберману в Прейли установлен памятник уничтоженному народу,
люди , сотворившие это зло, их дети и внуки, живут в двух шагах от места преступления, их фамилии тоже знают и помнят

Вместе с евреями массово повсеместно расстреливали цыган,

почему вспоминаем и оплакиваем людей только одной нации?

Вместе с евреями массово повсеместно расстреливали цыган, почему вспоминаем и оплакиваем людей только одной нации?

Да не только циган, но и татар, славян ! Просто евреи оказались хитрожопей других и запарили мозги всем, мол они самые несчастные и гонимые! Но за то, что обули, и продолжают обувать под эту марку Германию, можно их и по уважать несколько!

Да не только циган, но и татар, славян ! Просто евреи оказались хитрожопей других и запарили мозги всем, мол они самые несчастные и гонимые! Но за то, что обули, и продолжают обувать под эту марку Германию, можно их и по уважать несколько!

По уважать это как?

По уважать это как? по уважать

Как как? Каком к верху!

Написать комментарий